Фабрики — рабочим, сервера — юзерам!

Вконтакте принадлежит олигарху и ФСБ. Фейсбук принадлежит миллиардеру и NSA. Самым последовательным ответом на блокировки Вконтакте, помимо борьбы с блокировками как таковыми (против цензуры и за свободу Интернетов вообще), является переход на децентрализованные сервисы. Поясню за децентрализацию: многие говорят «фабрики — рабочим, земли — крестьянам, университеты — студентам» и так далее. Я говорю — сервера и данные — юзерам. Децентрализация интернет-сервисов — это ответ на вопрос о собственности: кто владеет данными? И на вопрос о нашей безопасности: кто может следить за нами?

Говорят, большие данные — это новая нефть: добывают её одни люди, прибыль с неё имеют совершенно другие люди. И действительно, наши данные должны принадлежать нам, а принадлежат шайке олигархов и ментов. Сегодня мы — только товар. Товар для Фейсбука, Гугла, Твиттера, Вконтакте, чтобы предлагать нам таргетированную рекламу в ответ на наши посты о просмотренном фильме или недавних путешествиях. Мы также – лёгкая добыча для ФСБ, чтобы выполнять норму по делам за репосты, отсиживать бессмысленные сроки за администрирование узлов Тор, а также, чтобы понимать, кто с кем дружит и как распространяются наши идеи, как организовываются наши акции и как устроены наши сообщества… Речь идёт о том, чтобы вернуть средства связи себе. Для этого мало перейти с Вконтакте на Фейсбук (это всё равно, как перебегать с одного конца тонущего корабля на другой). Для этого надо подумать об архитектуре сетей, которыми мы пользуемся.

Альтернативы централизованным сетям и открытый код

Сегодняшние популярные ресурсы централизованы. У них есть собственники. Через их сервера проходят наши данные. Мы, по сути, — крепостные крестьяне или квартиросъёмщики, только платим мы оброк своими же собственными личными данными. Более того, мы не знаем как работают эти штуковины, потому что у большинства из них закрытый код. Мы принимаем пользовательские соглашения и не знаем, что в них конкретно написано. Потому что написаны они тем же языком, которым ваш участковый врач пишет вам рецепты и диагнозы. Мы как-то с ребятами на одном из семинаров разбирали сервисы, предлагающие “безопасную почту”. Достаточно залезть в политику данных, чтобы понять, как там всё запущено. “Мы сдадим вас при первой же возможности, при первом же запросе из суда или полиции”. Кто из вас читает эти соглашения? Почти никто, я уверена, кроме, может быть, части моих друзей, которая работает в айти сфере.

У централизованных и проприетарных ресурсов (как, например, Фейсбук или Вконтакте) существуют децентрализованные альтернативы с открытым кодом – например, Диаспора (децентрализованная соцсеть), GNUSocial или Mastodon (децентрализованный твиттер). Почему так важен открытый код? Открытый код — это та же прозрачность и отчётность (transparency), которой мы требуем от государственных органов, только для софта. Открытый код означает, во-первых, что сообщество может посмотреть на исходник и коллективно найти недостатки, почистить, улучшить. Этот процесс пир-ревью потенциально бесконечен. Он основывается на участии сообщества в создании коллективного инструмента, код которого доступен и считается общественным благом. В этом смысле, разработка нормального софта похожа на научно-исследовательский процесс, каким мы хотели бы его видеть – научные достижения – результат коллективного процесса и должны являться коллективным достоянием.

Такие проекты должны сопровождаться открытой документацией, которая объясняет всем пользователям, как работает сервис, и помогает новым участникам и участницам, желающим принять участие в разработке сервиса, понять, как эффективнее вкладываться и помочь проекту. В итоге, вместо того, чтобы делегировать ответственность за свою безопасность и данные мутным «чёрным ящикам», дизайн и алогритм работы которых мы не создавали (они нас даже не представляют!), мы сможем создавать сервисы, которые совпадают с нашими представлениями об общественном устройстве. Потому что код – это не только закон (как писал Лессиг), код может задавать и определять форму организации сообществ. Архитектура софта, приложений и платформ, которыми мы пользуемся, наделена определёнными политическими и социальными характеристиками, которые “программируют” пользователей, позволяя или не позволяя им совершать определённые действия.

 

Распределённые системы и опыт горизонтальности

Существует несколько альтернатив централизованным архитектурам: децентрализованные (федеративные) и дистрибутивные (distributed, peer to peer, распределённые). Распределённые архитектуры позволяют каждому и каждой быть одновременно и клиентом, и сервером – т.е. полноценно участвовать в работе сети, раздавая полезные ресурсы и получая взамен данные. Самый популярный пример таких сервисов – Бит Торрент. Тор также основан на подобной архитектуре, но для того, чтобы быть полноценной участницей Тор, вам надо создать свой рилэй, а не просто установить браузер. Такие пир ту пир сети похожи на анархистские библиотеки: чем больше участников, тем больше книг. Чем больше людей раздают фильм, тем быстрее его можно скачать. То есть, эти сети построены на идее общественного, при этом не претендуя на ваш личный девайс и ваши личные данные: мы делимся, потому что от обобществления ресурсов система работает лучше и быстрее. Это очень похоже на мечты о “прямой демократии” — мы напрямую, физически вкладываемся в существование системы, которая держится именно на множестве и не превращается в подавляющую нас вертикаль.

Конечно, у таких распределённых систем есть свои риски и проблемы: как показал опыт с Биткойном, определённые параметры системы (например, ограниченное количество биткойнов и растущая сложность по их “добыче) могут привести к тому, что часть участников начинает сосредотачивать в своих руках слишком большое количество ресурсов и создавать что-то вроде аристократии внутри децентрализованной системы. Для этого сообществу придётся во-первых прилагать большие усилия для коллективного модерирования, а во-вторых, изначально прописать такие свойства протокола, которые свели бы к минимуму возможность централизации власти.


Федеративные архитектуры, локальная координация и стандарты

Федеративные же архитектуры подразумевают, что группа лиц по предварительному сговору создаёт свой сервер, на котором можно, например, захостить имэйл и иметь свой собственный имэйл сервис для своего коммьюнити, без необходимости ходить в гмэйл или ещё куда-то, непонятно куда и непонятно кому доверять свои данные. Мой активистский мэйл находится на таком сервисе, который разработали мои друзья, которым я доверяю. В федеративных системах каждый сервер-участник “раздаёт” места пользователям, которые группируются вокруг него как лучики вокруг солнышка. В федеративной галактике множество солнц, и эти солнца могут между собой переговариваться, таким образом, координируясь на международном и межсерверном уровне.

Это возможно благодаря специальным стандардизированным протоколам – как например SMTP (стандарт, на котором работает имэйл). Или вот, многие наверное слышали про Джабер. Он работает на XMPP, стандарте, который позволяет синхронный (моментальный) обмен сообщениями. Есть ещё множество протоколов, историю которых и различия между которыми я подробно описала в отдельной статье (Ermoshina, Musiani, Halpin, 2016). Эти стандартизированные протоколы можно сравнить с языком, который помогает разным “островкам” в федеративной сети понимать друг друга и организовываться на более “глобальном” уровне. Стандардизирование тут играет важную роль, которую можно сравнить с консенсусом: мы договариваемся о том, что будем использовать одну и ту же “грамматику”, чтобы понимать друг друга. Федеративные протоколы подразумевают реплицирование – я могу взять и в любой момент создать свою личную инстанцию Мастодона или Джаббера для своего коммьюнити. При этом масштабирование такой инстанции будет зависеть только от места на моих серверах, их мощности и моей дерзости – я могу расширять инстанцию и принимать новых участников, если это необходимо.

 

Будьте провайдерами сами себе

А существуют проекты, которые вообще опираются и на альтернативные “интернетам” сети, работают “оффлайн”, через мэш-сети или блютуф. Проект Scuttlebutt, например, задумывался как активистская соцсеть без зависимости от спутниковой сети и интернет-провайдеров.

Создатель Scuttlebutt Доминик Тарр

Алгоритм верификации сообщений в ScuttleButt

Приложение “Briar” для Андроида позволяет группе людей переписываться и обмениваться файлами безподключения к “интернетам” и было протестировано в полевых условиях в Бразилии, во время протестов.

 

 

Приложение «Ricochet» для десктопа (Линукс, Мак и Виндоуз) также является децентрализованным, проводит трафик через Tor и предоставляет максимальную защиту метаданных.

Многие из этих альтернативных проектов подкрепляются определённым политическим нарративом, философской и экономической моделью. Нам есть чему учиться у опенсорс сообществ и в целом у разработчиков и разработчиц! В целом, я с радостью наблюдаю растущее движение в сторону “редецентрализации” интернетов. Пора вернуть сети себе! Что это значит? Во Франции, например, активно развиваются проекты «Degooglize Internet» и Framasoft, которые призывают уход от гугла и GAFAM в целом, предлагают альтернативные свободные сервисы и в целом поддерживают движение в сторону локальных серверов: хостить сайты не на мэйнстримных проприетарных сервисах в далёких датацентрах, а на солидарных хостингах в твоём городе. А в идеале мы все должны уметь настраивать свои собственные сервера и инстанции для Jabber, Diaspora, Mastodon, Gnu Social… На каждую аффинити группу, каждое сообщество, каждый двор, каждую локальную ячейку — свой сервер, своя инстанция, своя мэш-сеть.

Нам надо учиться организовываться иными способами. Вот помните историю про перехват номеров телефонов сторонников Навального во Владивостоке и ложную SMS-рассылку про открытие штаба? Нам нужно добиться того, чтобы подобные операции по слежке и перехвату были либо очень сложными, либо очень дорогими. Поэтому шифровать коммуникации нужно всем, начиная с сегодняшнего дня. Нет такой фразы как “мне нечего скрывать”. Это всё равно как говорить “раз у меня нет ВИЧ, я не буду использовать презерватив”, не думая, что у партнёра или партнёрши, возможно, есть проблемы. Сегодня вам скрывать нечего, а завтра за вами придут.

Поэтому нам надо учиться технической грамотности не меньше, чем матчасти по политэкономии, истории, геополитике, первой помощи, строительству баррикад, приготовлению Молотовых или сборке-разборке калаша. Будьте провайдерами сами себе — примерно с такой повесткой я бы начала свою пропагандистскую кампанию за массовый исход в децентрализованные сети и за повышение всеобщей компьютерной грамотности. Пока нам ещё есть, что сказать, пора вернуть себе средства связи.

И да, я пишу этот пост в Telegraph, чтобы достучаться до большой аудитории, но я жду вас в Мастодоне и в Диаспоре, жду вас в джаббере, в Signal и Wire. И ещё много где. И жду от вас идей и предложений о том, как нам дальше быть и куда идти.

P.S.: От товарищей поступили комментарии к первой версии текста. Говорят, пока электричество и кабели принадлежат «им», все эти альтернативные проекты не решают проблему. Я с этим, конечно, согласна. Но для того, чтобы вернуть себе электричество и завладеть инфраструктурами, нужно уметь координироваться свободно и безопасно. Для рассуждений о том, как эффективнее готовиться к коренным изменениям и решительным действиям, и написан этот маленький набросок.

Xenia Lotus

Источник: http://telegra.ph/Fabriki—rabochim-servera—yuzeram-O-decentralizovannyh-veb-arhitekturah-i-samoorganizovannyh-soobshchestvah-05-18

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *