Рожава сегодня: анархист о ситуации в автономии. С места событий

Сальвадор Зана — анархист из Западной Европы. Ведёт революционную работу в Курдистане уже в течение нескольких лет. Участвовал в экономическом комитете рожавского кантона Джазира, образовательных инициативах и ряде других проектов автономии. В настоящий момент Сальвадор находится в Рожаве, в гуще событий. На нескольких страницах текста он дал не часто встречающийся в нынешней новостной буре информированный обзор текущего момента. Важно, что текст развенчивает спекуляции о «конце Рожавы», которые с некоторых пор курсируют в левом сегменте Интернета.

Что произошло

Днём, 9 октября, ровно в двадцатую годовщину высылки Абдуллы Оджалана из Сирии, турецкое государство предприняло третье с момента начала сирийской гражданской войны вторжение на территорию Сирии. Как и предыдущие нападения в Шахбе (2016-2017) и Африне (2018), оно опиралось на различные группировки джихадистов, которых Турция обычно называет «Сирийской национальной армией». Их использовали в качестве пехоты и поддерживали воздушными бомбардировками и работой артиллерийских подразделений турецкой армии. Атака началась в среду после полудня на всём протяжении турецко-сирийской границы от Кобани (Айн-эль-Араб) до Дерика (Эль-Маликия). Однако основной удар пришёлся на города Тель Абьяд и Серекание (Рас-эль-Айн) и территории между ними. Это направление было выбрано по двум причинам: во-первых, оккупация этой области позволила бы разделить контролируемую Силами демократической Сирии (СДС) территорию надвое, отрезав Кобани, Манбидж, Ракку и Табку от регионов Джазиры и Дейр-эз-Зора. Во-вторых, данное направление — это равнинные и слабозаселенные территории, где многие жители до сих пор питают симпатии к Исламскому государству и настроены враждебно по отношению к СДС и автономной администрации северо-востока Сирии. Вдобавок к этому, за лето СДС уничтожили часть своих укреплений здесь в соответствии с предложенным США «механизмом обеспечения безопасности».

Эта часть плана Анкары бесспорно удалась. В субботу, три дня спустя с начала вторжения, Тель Абьяд и Сулук оказались в руках оккупантов после того, как располагавшиеся здесь отряды, бывшие до времени лояльными СДС, переметнулись на сторону врага и атаковали защитников города в спину. В большинстве других мест, таких как Мабрука, Тель Халеф и в других малых поселениях, атака захватчиков была успешно отбита, и СДС перешли в контратаку. В воскресенье, 13-го октября, при посредничестве России было достигнуто соглашение между СДС и сирийской армией о размещении солдат сирийского режима на границе и по линии фронта в Манбидже и Тель Темире, и в некоторых других городах.

Сарекания под артобстрелом турецких войск

Самые ожесточенные бои развернулись в Сарекании и на подступах к городу. В регионе слава города вполне может сравниться с Кобани, так как именно здесь Отряды народной самообороны (YPG) и Отряды женской самообороны (YPJ) одержали первую значительную победу: над «Джабхат ан-Нусра» в 2013 году. Город всё ещё продолжал сопротивление, когда 17 октября США и Турция объявили о пятидневном прекращении огня. К этому моменту Сарекания была полностью окружена захватчиками, а внутри города оставалось около 150 бойцов, а также медики и раненые. В целом же, были убиты сотни бойцов с обеих сторон, сотни гражданских лиц погибли из-за турецких атак, сотни тысяч оставили свои дома и бежали из зоны боевых действий.

СДС не были представлены на переговорах о прекращении огня, но, тем не менее, приняли его и соблюдали договоренность, хотя Турция продолжала атаки наземными силами, артиллерией, боевыми дронами и самолётами, в результате чего погибли ещё десятки гражданских лиц и медперсонала. За исключением случаев прямой необходимости в самообороне СДС не контратаковали и отступили из Сарекании и других областей, в соответствии с условиями договора о прекращении огня.

По мере вывода американских солдат из зоны боевых действий, на освободившееся место устремилась Россия. В последний день действия соглашения о прекращении огня, 22 октября, Эрдоган и Путин достигли новой договоренности: Отряды народной самообороны по всему северу Сирии должны будут отступить на 30 км от границы с Турцией, и единоличная власть над регионом вновь перейдёт к Дамаску. Прекращение огня было продлено на 6 дней, и турецкая военная операция официально завершилась.

Чего хотят разные стороны конфликта?

США

Вашингтон и Москва некоторое время назад уже договорились, как поделить между собой Ближний Восток и сейчас всё больше деталей этого соглашения становятся ясны. США концентрируются на поддержке своего присутствия в Ираке и на защите экономических интересов, в частности, касающихся нефти. В разгаре войны на севере Сирии, Пентагон утвердил предложение об отправке ещё 10000 солдат армии США в Саудовскую Аравию. Трамп заявил, что Эр-Рияд заплатит за введение дополнительного контингента, а также потребовал от европейских государств платы за размещение войск США на севере Сирии. Белый Дом, получив гарантии от России, что Иран отступит от израильских границ и покинет Сирию, отдал политическое будущее этой страны на откуп Москве. Сговор с Турцией и последующее оставление американскими войсками приграничных территорий, однако, не было уступкой Москве – основным стимулом здесь было стремление разгромить революционное движение, в необходимости чего Эрдогану удалось убедить Трампа. Положение стало ясно после заявления, выпущенного Белым Домом за два дня до начала вторжения. Его также подтверждает тот факт, что американские солдаты остаются в районах нефтяных месторождений, но полностью отступили из зоны, которую грозилась атаковать Турция – из самого сердца Рожавы.

Курдская партизанка. Уличные бои в Сарекании

Администрация Трампа значительно изменила вектор внешней политики США, и эти изменения, вероятно, закрепятся на долгие годы, так как они отражают новые геополитические реалии и отношения. «Война с террором» теперь уступает приоритет борьбе с противниками вроде Китая и Ирана, а чисто экономические инструменты давления заменяют военные силы. Дипломатия становится менее эффективным орудием в политике, пока Белый дом принимает импульсивные решения, зачастую инициированные самим Трампом без оповещения других ветвей администрации, что в итоге порождает неустойчивость и противоречивость политики внутри собственного американского правительства.

Россия

С опорой на поддержку Кремля Асад практически выиграл войну в Сирии и стал абсолютно зависим от Москвы. Путин в большей степени, чем Трамп, на данный момент влияет на расстановку сил на Ближнем Востоке, и будущее Сирии теперь скорее решается в кулуарах в Астане, нежели на конференциях НАТО и ООН. Москва желала бы вернуть север Сирии под контроль Дамаска и не поощряет никаких надежд на автономию, которая может повредить властным замашкам центра. Путин уже слишком много вложил в Сирию и не хочет рисковать своими приобретениями, оставляя жизнь зримому воплощению того, как могла бы выглядеть альтернатива деспотизму Асада. Он также заинтересован в удовлетворении интересов Анкары, так как обе державы имеют взаимные интересы в регионе (сокрушение курдской автономии — лишь один из них). Россия стремится углубить расхождения между Анкарой и западными странами, входящими в НАТО, видя в этом большие потенциальные дивиденды в будущем.

Турция

Вторжение во многом служит целям стабилизации и укрепления режима Эрдогана на фоне экономического кризиса и растущих протестных настроений внутри страны. Однако принимая это во внимание, не следует забывать про главную цель агрессии – раздавить освободительное движение и стоящее за ним общество. Некоторые высокопоставленные турецкие чиновники открыто заявляли о своём желании изменить демографическую карту региона, и недавние бомбардировки Дерика, Камышло, Кобани и десятков других поселений за пределами границ Турции, которые заставили бежать оттуда сотни тысяч жителей, наглядно доказывают серьёзность их намерений. Африн был лишь тренировочной площадкой для текущего вторжения.

Бронемашина турецких правительственных сил

Что же дальше?

В первую очередь, следует сказать, что ситуация не так мрачна, как её некоторые изображают. Автономное правление по-прежнему существует, и до настоящего момента соглашение с Дамаском было исключительно военным, а размещение солдат режима на территориях – символическим. Несмотря на сотни жертв, удалось избежать геноцида и этнических чисток, а турецкая военная машина была остановлена.

Принятие соглашения о прекращении огня было проявлением силы, и действительно было считано как таковое многими в регионе. Никто не сомневается в готовности Отрядов народной самообороны и Отрядов женской самообороны биться до конца. Они успели продемонстрировать эту готовность на деле бессчётное количество раз. Прекратив огонь, товарищи не только выиграли жизненно необходимое время, но и не дали Турции найти прекрасный повод, чтобы развернуть ещё более масштабную бойню, после которой на долгие годы приграничная территория осталась бы зачищенной ото всех, симпатизирующих революционному движению. Следующие две недели с высокой степенью вероятности покажут, как будет выглядеть дальнейшее долгосрочное развитие ситуации.

Соглашения от 13 октября о занятии сирийской армией ключевых точек в северной Сирии не повлияли на фронт существенным образом. Данная договоренность была тактическим решением СДС и имела целью показать Штатам, что области, откуда отступят их войска, вероятнее всего, достанутся не Анкаре, а Москве и Дамаску, и таким образом заставить американцев остаться. Если народы региона окажутся зажаты между Асадом и Эрдоганом, это будет означать конец автономии и феномена Рожавы как социальной революции. Есть вариант, что регион вернётся под контроль режима, но революционное движение выживет в подполье, борясь как с турецкими, так и с сирийскими силами. Или же Дамаск может захотеть использовать революционные силы в качестве инструмента в борьбе с ИГ и другими подпитываемыми Турцией джихадистами, так что статус кво относительно автономии может длиться до тех пор, пока поставленная задача не будет выполнена. Асаду нужны пехотинцы для восстановления контроля над Идлибом, Африном и Шахбой, вдобавок, он может захотеть использовать популярность революционеров для того, чтобы поправить свой имидж во внутренней политике. Однако допустить их существование значит в то же самое время оставить открытой возможность восстания и сепаратизма, что делает действительно прочное соглашение между двумя сторонами маловероятным.

Если западные государства сохранят в той или иной форме своё присутствие к востоку от Евфрата, картина станет несколько иной. Даже без признания на политическом уровне, конфликт между Западом и Россией внутри Сирии повышает вероятность достижения договоренности между революционерами и Дамаском на приемлемых условиях, прямо проявляющихся в уровне политической и военной автономии. По крайней мере сейчас силы США всё ещё присутствуют в Дейр-эз-Зоре. Лига арабских государств тоже заинтересована в подрыве влияния Турции в регионе, но вряд ли пошлёт войска или предпримет какие-либо действия помимо оглашения заявлений. Евросоюз остаётся более вероятным кандидатом на участие в борьбе. Франция и Великобритания уже направили в регион специальные подразделения, и Франция в какой-то момент уже лоббировала идею признания автономии севера Сирии, правда, без какого-либо заметного результата. Стоит добавить и то, что немецкий министр обороны на этой неделе объявила о планах по созданию «зоны безопасности» в северной Сирии и запросила поддержку этих планов от Великобритании и Франции.

Самая значительная ещё не разыгранная карта на столе – это Исламское государство. Около 100 тысяч членов организации содержатся в плену у СДС, среди них есть мужчины, женщины, дети, которые фанатично привержены идее восстановить Халифат во что бы то ни стало. Исламское государство обладает широкой международной сетью с опорными центрами в Ливии, Афганистане и Турции, имеет большие финансовые ресурсы и пользуется широкой поддержкой.

В отличие от Трампа, Европа всё ещё воспринимает ИГ как смертельно опасную угрозу и хорошо осведомлена о том, что продолжение турецкой агрессии и ослабление Отрядов народной самообороны лишь поспособствует усилению ИГ.

Работницы женского сельскохозяйственного кооператива. Рожава

Заключение

Странная взаимозависимая связь ИГ и апочистов (курдских революционеров) и вытекавший из неё геополитический статус кво позволили автономии севера Сирии существовать до настоящего времени и, возможно, так продолжится и впредь, но уже под патронажем других сил в Сирии. Иные варианты смутны и более неопределенны. Один из них заключается в том, что Дамаск будет давать и тут же нарушать половинчатые обещания, чтобы установить полный контроль над севером Сирии, а Турция в то же время развернёт полномасштабный террор, прореживая с помощью дронов-киллеров и других точечных убийств ряды революционеров и держа в страхе население в целом, пока Дамаск, Вашингтон и Москва будут закрывать на это глаза. Все вышеперечисленные варианты означают войну.

Сейчас же на ситуацию всё ещё можно повлиять. Внимание международной общественности приковано к событиям на севере Сирии. На этом поле действует множество политических агентов, чьи интересы противоречат друг другу или ещё не определены до конца, так что их политика может в любой момент поменяться. Сотни товарищей отдали жизнь, чтобы выиграть время и возможности. Дело наших товарищей по всему миру — использовать их с умом и без колебаний. Каждое действие сейчас значимо, особенно наглядная демонстрация того, что поставлено на кон и что будет потеряно, если фашистам удастся одолеть. Рожава в своё время дала ставшую столь редкой надежду миру. Теперь настал момент, когда миру нужно за неё побороться.

Сальвадор Зана,
23.10.2019

Оригинал текста на английском языке получен редакцией Hevale от автора
Перевод: Артём Красин специально для Hevale: революция в Курдистане

Источник: https://hevale.nihilist.li/rozhava-segodnya-anarhist-o-situacii-v-avtonomii-s-mesta-sobytij/

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *