Национализм, демократия и анархизм

Сегодня в России, Украине, Беларуси, Армении, Азербайджане и в ряде других регионов и стран бывшего СССР часто происходят споры о природе национализма. Причем споры идут как в либеральном, так и в националистическом лагерях. И это вполне естественно. Ибо появление национализма не отделимо от европейско-американских демократических революций. А страны бывшего СССР живут в ожидании своих революций или уже совершают их, подобно Украине или Киргизии.

Национализм — порождение Нового времени и, прежде всего, Великой французской революции. Нация понималась ей как объединение всех граждан с целью заключения общественного договора и совместного переустройства государства. Здесь демократический аспект неразрывно связан с идеей национализма. Отсюда мысль о национальном единстве (межклассовом, разумеется).

В прежние времена сувереном объявлялся король, а все остальные были его поданными, его же собственная власть шла от бога. Свергнув короля или резко сузив его власть до уровня формального или почти формального, революционеры объявили сувереном нацию — гражданский коллектив страны, обладающий правом принимать и изменять конституцию, назначать и смещать правительство.

В таких условиях нация становится важнейшим политическим институтом. Поэтому вопрос о том, кто к ней принадлежит, а кто — нет, становится центральным. Таковы истоки национализма.

Дальше начинаются споры о том, кто, собственно, может наилучшим образом представлять нацию и выражать ее интересы. Вдруг это — не избранные большинством нации парламентарии, а вожди той или иной партии, которые лучше большинства знают, в чем именно состоит национальный интерес.

Поэтому от идей республики национализм может легко переходить к идеей диктатуры: вот наша партия и ее лидеры, или вот группа военных, которые лучше других осознают общую национальную выгоду. Нетрудно заметить, что подобный вариант является шагом назад, к прежним абсолютным монархиям (хотя и не копирует их полностью): вожди нации наделяются некой сакральной силой и способностью улавливать, определять и оформлять коллективные интересы; короли тоже считались (с теми или иными оговорками) наместниками бога, в чье отцовское попечение переданы покоренные народы.

Не менее важна и другая дискуссия — о том, кто принадлежит, и кто не принадлежит к нации. Одни скажут, что нация — это все граждане страны, вне зависимости от веры, национальности или расы, все, кто участвует в выборах или, по крайней мере, имеет на это право. Таково французское и американское понимание нации.

Другие говорят, что тут важны кровь и\или культурные ценности, поэтому люди другой расы и\или культуры не могут быть частью нации.

С разными вариациями от очень умеренных и толерантных, приближающихся к французскому варианту (современная Германия), до радикальных расово-биологических доктрин, эти национальные идеи тоже существуют: таково немецкое, греческое или израильское понимание нации.

Да, первоначально, национализм возникает как часть идеологии демократического движения, но нельзя забывать, что авторитарные идеологии и расизм быстро развиваются в 19-20м столетиях. Национализм способен тесно переплетаться с ними, отделяясь от своего демократического корня.

***

Для анархизма (либертарного или самоуправленческого социализма) националистическая идеология по всей вероятности неприемлема.

Во-первых, анархизм выступает против межклассового национального единства, поддерживает борьбу угнетенных социальных классов, наемных работников и самозанятых, всех тех, кто в рамках буржуазной нации отстранен от принятия ключевых политических и хозяйственных решений. Ведь даже парламентская система (не говоря о более авторитарных версиях национализма) передает власть в руки ведомств, чиновников, крупнейших корпораций, олигархов и их лоббистов. Поэтому, борьба анархизма направлена на ликвидацию национального единства — единства угнетенных и угнетателей. Анархизм — это прямая демократия работников на производстве и территории.

Во-вторых, для формирования социально-классового радикального движения необходим союз работников всех наций и этносов, включая рабочих-мигрантов; без подобного «Большого союза» объединение угнетенных невозможно.

Между тем, национализм есть одно из самых главных препятствий на пути объединения. Когда в начале 20го столетия работники США создавали многонациональные организации, борющиеся за рост зарплат и за взятие фабрик в самоуправление путем всеобщей захватной стачки (Индустриальные Рабочие Мира — ИРМ, IWW), американские предприниматели рассылали своим менеджерам инструкции, в которых советовали брать на работу людей разных национальностей ради того, чтобы заставить ирландцев драться с итальянцами, а белых с неграми: тогда все они и думать забудут о забастовках.

В-третьих, анархизм и другие версии либертарного социализма (например, Синдикальная Республика Революционных Синдикалистов из ИРМ или французской Всеобщей Конфедерации Труда) не только рассекают нацию на классы, но и дробят ее на более мелкие единицы. Анархизм связан с идеей глубокой федерализации общества, с передачей всей полноты власти на местный уровень. Ведь централизация больших масштабов ведет к росту бюрократии и к потере реальной власти трудовым коллективом или местным населением района или города.

Центральные органы — съезды производителей, должны исполнять лишь функции согласования местных, региональных и отраслевых интересов. Но основные решения будут принимать местные собрания и подотчетные им органы местного самоуправления и\или управления предприятиями. В этой модели функции управления передаются вниз и всякая местная община организует жизнь по-своему, впрочем координируя усилия с другими общинами и создавая с ними совместные хозяйственные или социальные проекты. Вряд ли в таких условиях можно говорить о единстве нации. Общество дробится на множество самостоятельных субьектов, каждый из которых развивается, исходя из собственных интересов в союзе с другими.

Наконец, в-четвертых, анархизм стремится преодолеть национальные границы, объединить работников против всех государств мира, предотвращать войны путем забастовок, дезертирства и других форм сопротивления.

Такова сущность конфликта идей анархизма и национализма.

Михаил Магид

Источник: https://www.facebook.com/michael.shraibman.7/posts/888561184581564?__mref=message_bubble

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.