Еще раз о том, почему анархисты не левые и не правые

Заметка читателя сайта pramen.io о самоидентефикации анархистов.

(на фото — представители германского левого движения, называющие себя «Антиимпериалистическим действием»)

Недавно «всплыли» несколько заметок наших товарищей — Магида (https://pramen.io/2016/04/anarhisty-ne-levye-i-ne-pravye/) и Дедка (https://www.facebook.com/happymikola/posts/418589355158762), где они рассуждали о том, почему нам, анархистам, стоит отказаться от ярлыка «левые». Некоторые обсуждения этих заметок сподвигли меня тоже высказать свое мнение по этому вопросу. Я на 100% согласен с тезисами товарищей и моя заметка — это скорее другой способ аргументации и дополнение к ним.

Ключевая идея анархизма, если такую вообще возможно выделить – это освобождение личности. Анархизм стремиться к утверждению такого человека, который способен действовать самостоятельно. Однако человек не Робинзон и одно из условий его существования – это жизнь среди других людей. Поэтому для того чтобы личность была свободной, необходимы свободные социальные отношения. При этом существуют постструктуралистские анархисты, которые отказываются от гуманистической идеи субъекта. Однако в конечном итоге они продвигают тот же посыл, что и традиционные анархисты: люди путем самоорганизации и автономной борьбы снизу могут добиться возможности самоопределения.

 

 

Отсюда исходит критика анархистами репрессивных социальных структур: они борются против государственного аппарата, капитализма и патриархата. Понимая, что эти макроструктуры не «висят в воздухе» и не являются простыми абстракциями, а образуются из вполне конкретных повседневных отношений, анархисты оспаривают любые виды дисциплинарной и нормирующей власти. Они борются против субординации в семье, в системе образования, на производстве, критикуют тюрьмы, психиатрические лечебницы, часто не подчиняются гендерным и любым другим репрессивным культурным и социальным нормам.

Отрицая существующие репрессивные структуры, анархисты выдвигают собственный общественный идеал. В вопросах политической власти и хозяйственной жизни такой идеал уже сформирован предельно ясно – это анархический коммунизм. В вопросах отрицания нормативности и дисциплины законченный идеал часто принципиально невозможен. В целом, мне кажется, что большинство анархистов будут согласны, если я скажу, что наш социальный идеал – это такие структуры и отношения, которые будут свободно приняты всеми и также свободно могут быть изменены с течением времени.

Итак, для анархистов цель – это самостоятельные люди, способные вступать в свободные отношения между собой. Такое неполное, очень упрощенное и даже спорное описание анархизма я дал, лишь для того чтобы иметь некоторое «рабочее» определение, используя которое можно рассуждать дальше.

Теперь обратимся к политической шкале левые-центристы-правые. Оставив в стороне времена, когда левыми называли либералов, а правымми консерваторов обратимся к двум другим критериям этой шкалы:

1) Отношение к переменам. Такой критерий выдвигает, например, Миллс в «Письме к новым левым». В этом случае левые – те, кто выступает за перемены, а правые – это защитники status quo.

2) Отношение к экономической эксплуатации и неравенству. Это более распространенный сегодня критерий, согласно которому к левым относят сторонников больших социальных гарантий, социализма и коммунизма, а к правым тех, кто оправдывает неравенство: от либералов до фашистов. Левые здесь в основном ассоциируются с разного рода марксистами и социал-демократами.

Сначала об актуальности первого критерия. Сегодня за перемены разной степени радикальности выступают очень многие, в том числе разные традиционалисты и сторонники скреп. Существует даже парадокасальное понятие «консервативная революция», которое обозначает возврат к порядку «до Нового Времени». В целом, если опустить то, что практически любое правительство не отказывается от так называемых «управляемых перемен», то есть реформ, шкала с таким критерием слишком зависит от проводимой текущим правительством политики – режимы меняются довольно часто и вместе с их переменой нужно было бы «перетасовывать» все политические партии и движения. Когда у власти сторонники государственного регулирования в экономике, либералы будут выступать за перемены, и наоборот. Так что согласившись с таким критерием, мы должны называть левыми даже БНФ и БХД, поскольку они тоже выступают за изменение существующего в Беларуси социального порядка.

В системе координат с таким критерием ярлык «левые» смешивается с ярлыком «оппозиция», который является временным, следовательно такая система координат не может использоваться для более-менее устойчивой классификации политических сил, не говоря уже о полном выпадении из нее анархистов.

Второй критерий выставляет на первый план экономические отношения и уже благодаря этому, не может являться адекватным критерием для деления политических сил, так как подразумевает экономический детерминизм. Именно по вопросу экономического детерминизма произошел раскол первого Интернационала на государственных социалистов (в основном марксистов) и анархистов. Если марксизм, как во многом буржуазаная теория, видит в экономике базис, разрешение противоречий в котором автоматически устранит все другие формы угнетения и отчуждения, то анархизм, как было описано выше, руководствуется другой логикой и видит во власти капитала лишь одну из форм угнетения.

Исторические эксперименты и дальнейшая теоретическая разработка спора между анархистами и марксистами показали правоту первых. Экономический детерминизм является теоретически неверным, а на практике ведет к диктатуре. По этому вопросу написано много, в том числе и «выходцами» из марксизма, поэтому не буду останавливаться тут подробнее.

Итак, если и верно, что анархисты являются левыми, поскольку выступают за коммунизм, то сам акцент на экономике является (а) ошибочным, так как экономика – не более значима для жизни людей, чем другие сферы общественной жизни, и (б) не подходящим для анархистов, так как они отрицают такой акцент. На самом деле важно отношение к любым репрессивным социальным структурам и практикам микроуровня, а не только к вопросу экономики. Так что если и создавать некоторую шкалу политических сил, в которую могли бы быть вписаны анархисты, то это могла бы быть порядковая шкала от «либертариев» до «авторитариев», а место конкретной политической силы зависело бы от её отношения к различным формам власти и угнетения. На самом «либертарном краю» располагалось бы большинство анархистов, отрицающих любую власть на любом уровне.

В такой шкале некоторые силы, называющие себя левыми оказались бы очень близко к анархистам: ситуационисты, франкфуртская школа, коммунисты рабочих советов, последователи Негри и Хардта и другие. Они отказываются от самых авторитарных идей марксизма и во многих вопросах смыкаются с анархистами. Но если некоторые течения, называющие себя левыми близки к анархистам, является ли это поводом сохранить деление «левые-правые» для всего политического спекта? На мой взгляд — нет. Во-первых, в массовом сознании под левым все-таки понимают «все это советское наследие» и социал-демократию, мало кто знает о существовании каких-то неавторитарных марксистов, а в Беларуси их как организованной силы и вовсе нет. Во-вторых, чем больше эти так называемые левые смыкаются с анархистами, тем больше они и сами выпадают из координат «левые-правые», т.к. они непременно выбрасывают из своей теории и экономический детерминизм и диктатуру пролетариата, становятся более гибкими и способными критиковать разные формы власти и угнетения.

Таким образом, мне кажется, что деление на левых и правых не только теоретически ошибочное в том смысле, что основано на экономическом детерминизме, но и в современной ситуации скорее запутывает, чем помагает разобраться в политическом ландшафте.

 

 

Разные политические позиции могут быть освободительными в каких-то одних вопросах и репрессивными в других. Ярлык «левые» в Беларуси если что-то и означает, то это практически полностью авторитарные позиции. На что же действительно нужно обращать внимание, так это на то, оправдывает ли конктерная политическая сила какую-либо систему власти — от поддержи капитализма, до поощрения неформальной иерархии в своих организациях — или прямо и последовательно отстаивает освобождение человека на всех уровнях.

Петр Фомашов

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *